Как ставить ставки Финансы Другое

CASINO X NETENTИграю в казино тут, ссылка: Там бонусы нормальные на депозит. НИКТО НЕ ВЫЖИВЕТ ОТ ПАДЕНИЯ САМОГО БОЛЬШОГО САМОЛЁТА В МИРЕ С ГИГАНСТКОЙ ВЫСОТЫ В GTA 5 ONLINEИграем в GTA 5 Online на PC. Я чувствую – все это кончится чем-то по-настоящему жутким… Да в тех самых головастиках куда больше жизни и смысла, уж ты мне поверь! Зима в этом году выдалась тёплой, и топкая почва не промерзла, как обычно. Да, похоже на то: полевая кухня и очередь бедно одетых, ссутулившихся на холодном ветру фрогов. Голод, поутихший было за последние несколько часов, проснулся с новой силой. Подарим этому городишке немного живительной эвтаназии. Лучше покончить с этими неприятными формальностями как можно скорее. Я лишь покачал головой, чувствуя себя немного виноватым. Столько лет прошло, а её так и не удосужились заделать… Как их ещё не выперли с треском из ордена торо-торо, с его незыблемыми традициями, ума не приложу. Да, раз уж ты Доброжелательность, может, отдашь нам, чего там положено? Скособоченный, хромающий на обе ноги, одно плечо выше другого – в главном он не изменился ни на йоту, продолжая разоблачать, срывать покровы и вытаскивать на свет разнообразное грязное бельё. Должно быть, журналистика требует больше калорий, чем частный сыск. Впору было позавидовать жовиальности этого скособоченного, ломаного-переломанного фрога. – Кстати, ты не в курсе, у кого может быть зуб на старика? – Сидеть в «Старой бочке» и не знать, кто такой Джугинджу! Ну, знаешь, Эддоро никогда не ввязывались ни в какие сомнительные предприятия. Джугинджу имели прямо противоположный взгляд на коммерцию. Вторая личность почему-то считала впавших в крио «недофрогами», ошибкой эволюции.Я – человек, а коренные жители – фроги, раса амфибий. Ведь если кому-то вдруг понадобится хороший сыщик, первым делом вспоминают обо мне…– Нет, ты только глянь на них, а?! – Глянь, говорю, на эти заторможенные движения, на согбенные спины, обрати внимание на вялую, спотыкающуюся походку. Он нарочно выбрал маршрут, отстоящий одинаково далеко и от сухопутного тракта, и от реки. До того, как мы встретились, Эльза всегда отправлялась на гастроли в Метрополию или по мирам спектра ван Верде – в зависимости от предложений антрепренеров. Здешние коренные обитатели, фроги, они, как бы это сказать… Весьма необычная традиция, особенно с точки зрения чужаков. Позвольте представиться: Эдуар Монтескрипт, частный детектив и потомок иммигрантов в первом поколении. Дело в том, что я алкоголик, – тут сторож вскинул голову, с некоторым вызовом обвел глазами присутствующих и задержал взгляд на Эддоро. Ага, вот и двери черного входа; приоткрыты – совсем хорошо… Я быстро проскользнул в душистую полутьму и замер, прислушиваясь. – Я поспешно сунул руку в карман и продемонстрировал ему мелкую монетку. Только смотри, чтобы лишних ушей поблизости не было. Он колебался, поэтому я добавил к первой монете ещё одну. Здесь вам лучше бы не стоять, ждите снаружи, возле ограды! Сами-то они смахивали на юных богов Олимпа – если только вы в состоянии представить олимпийцев с янтарными глазами и лягушачьими физиономиями. Ляпнешь лишнего, и он не отвяжется, покуда не вытянет из тебя всё до последней мелочи. – поинтересовался я, покуда он воевал с очередной порцией грибного рагу. Этот клан ведет дела по старинке, честность Эддоро вошла в поговорку…– Но бизнес есть бизнес, верно? – Со времен Джугинджу, насколько я знаю, ничего такого…– Джугинджу? Вообще, этот род ведёт свое происхождение от одного из преступных кланов Амфитриты.– Фрогская мафия? Там в своё время случилась жутко кровавая война «семей». Он был командиром разведгруппы, сообщившей о партизанах. В довершение всего, неотвратимость наказания не слишком беспокоила маньяка. Ну чем, скажи на милость, они отличаются от кишащих в луже головастиков? Дневной переход через присыпанные снегом болота дался ему нелегко. Старый Шу, впрочем, не любил всех этих заумных словечек. – Закон природы: если я остаюсь тут на зиму, то простужаюсь… Я двинулся вдоль ограды, высматривая знакомую с детства лазейку. Ребята были прямо-таки патологическими сорвиголовами и авантюристами. Любого другого такое приключение на всю оставшуюся жизнь отвадило бы от экстремальной журналистики – но только не Югбена Нехабу! – Он утер жирные губы салфеткой и смачно отхлебнул пива. Будет лучше, если эту новость пресса узнает от кого-нибудь другого. Эти ребята имели гарантированный доход, но развивались медленно. Может, просто хотел спровадить меня поскорее.– Почему? Уживавшиеся в нем личности – и та, которую он считал собственным «я», и некое «альтер эго», с одинаковой легкостью могли прикончить спящего; различия имелись лишь в мотивации.Здесь, среди расстилающихся во все стороны болот, можно было идти дни напролет, так и не встретив ни единой живой души. Лишь закат красил нежным багрянцем купы заиндевелых деревьев вдали. Страх – удел холодных, опустелых сердец, а в его душе горело жаркое пламя. Сам он выразился бы осторожнее: угли, мерцающие угли под сероватым налетом пепла. К слову сказать, неплохой знаток здешних обычаев и традиций – как говорится, положение обязывает; чем и пользуюсь без зазрения совести. Меньше всего мне сейчас хотелось наткнуться на настоятеля или кого-нибудь из старших жрецов. – Нужно, чтобы ты кое-что сделал для меня, парень – и она твоя. Под кожей всех оттенков малахита бугрились могучие мускулы. – Маленький гнусный бар на окраине, – и я вкратце поведал им суть дела.– Подходи, когда начнет темнеть, – деловито сказал Дорох. Не в обиду будь сказано – вы и так парни приметные, а уж в этих храмовых тряпках…– Да есть у нас всё! – Ты что, и вправду считаешь, будто мы тут безвылазно сидим? Ну да, мог бы и сам догадаться, зная эту парочку…Метель пришла в столицу амфибийного королевства. Где-то здесь сидит большой парень и наливается скверным пойлом. Наш перепуганный друг подогнал мне повод для размышлений…– Ну-ну… Всегда лучше спросить первым: как говорится, белые начинают и выигрывают.– Коввупционный фкандал! Уцелевшие в этой бойне, назвать их победителями просто не поворачивается язык, решили, что такая жизнь – себе дороже, и легализовали свой бизнес. Амфитрита далеко не всегда была столь же мирной и беззаботной, как сейчас: в иные времена столичные жители старались лишний раз не выходить из дома.– Так вот, Джугинджу довольно скоро сделались уважаемыми торговцами, но страсть к риску была у них в крови. Каждый раз, когда он видит меня, он вспоминает свою ошибку.– Так вы бывшие сослуживцы? Я устроил его к господину Ло, когда в городе было туго с работой.– Вот она, фрогская благодарность… «Смерть и я – мы старые приятели, и слишком давно друг друга знаем, чтоб я боялся» – посмеивался Шу.– Это же какой-то проклятущий философ-мистик, а не обвиняемый! – Князья преисподней, знали бы вы, Монтескрипт, с каким удовольствием я отправлю его на эшафот!

обмани букмекера отзывы

Книга Как Феномен Культуры Философский Аспект

Эльза потянулась – всем телом, словно кошка, и, выскользнув из-под одеяла, подошла к окну. Обнаженная женщина на фоне розоватых от утреннего солнца сугробов – удивительное сочетание… Актриса всегда остаётся актрисой.– Накинь что-нибудь, простудишься… Что поделать – нативы куда менее восприимчивы к холодам, чем мы, люди; по этой причине отопление в моём жилище оставляло желать лучшего.– Это неизбежно, – насмешливо откликнулась рыжеволосая красотка. Внутри кованых черепушек металось пламя светильников, озаряя пустые глазницы багровыми сполохами. Но напомнить, что за ними должок, всё же не лишне – хотя я не сомневался, что оба с радостью подпишутся на любое безобразие. Парень выжил буквально чудом, почти год прокантовавшись по больницам, и сделался законченным инвалидом. Убийство несчастной Кеттери ещё не стало достоянием гласности. Компания Эддоро была старше, и, как бы сказать, стабильнее. Старый Шу, впрочем, всё прекрасно понимал – просто не считал убийство чем-то зазорным.Работы хватает: за эти годы я создал себе весьма недурную репутацию. Торо-торо – ребята серьёзные, а огрести новую порцию побоев совсем не входило в мои планы на сегодня. Юный послушник вздрогнул и очнулся от дум.– Кто здесь?! Из одежды на них имелись только сандалии и ярко-алые набедренные повязки: прочие шмотки у торо-торо были под запретом. – Да, теперь хоть половина народу разбегись, он и не заметит! Миллионы снежинок плясали в воздухе, кружились в струях холодного ветра. Вспоминай: высокий, толстый, в заштопанном свитере…На обратном пути мои компаньоны веселились вовсю. – Нехаба был не из тех, кто позволяет набитому рту стать преградой к общению. Соответственно, они часто прогорали, балансировали на грани банкротства, влезали в долги – зато столь же часто срывали крупный куш. Инспектор в эти дни сделался необычно любезен со мной.Меня знают и фроги, и представители местной иммигрантской общины; так что теперь, если кому-то вдруг понадобился хороший сыщик, первым делом вспоминают моё имя. Я не делал этого, клянусь всеми князьями преисподней! Повисла долгая пауза.– Хорошо, – вдруг быстро заговорил Эрхенио. Но фортуна, похоже, решила улыбнуться: из-за угла вывернул парнишка-фрогги со шваброй и ведром грязной воды.– Эй! Впрочем, в холодное время года им дозволялось носить плащи.– Есть одно дельце, ребята. Как вы насчет того чтобы завалиться в кабак и расшибить парочку-другую голов? – вопрос был не лишним: у торо-торо довольно строгий кодекс, почти как в армии, и самовольная отлучка могла грозить им крупными неприятностями. Владелец и по совместительству бармен «Пьяной рыбы», которого все знали как Крученого (настоящее своё имя он и сам не сразу мог вспомнить), в очередной раз протер грязной тряпкой стойку и ухмыльнулся. Крученый медленно выпрямился, заворожено глядя в черный зрачок ствола, и осторожно поднял руки вверх. Мало-помалу лицо его приняло осмысленное выражение. Тарки лупил своей обмотанной войлоком колотушкой по водосточным трубам и прутьям оград, выбивая глухие трели, тут же уносимые ветром. Бьюсь об заклад, ей даже не придет в голову потребовать с Дороха денег за эту ночь.– Ты чего такой мрачный, Эд? Они славились буйным нравом, гулянками, различными эскападами… Даже позволял читать протоколы допросов, что, строго говоря, было нарушением правил.Впрочем, зимой для меня куда меньше работы, чем в тёплый сезон. С Эльзой Нимитц мы познакомились во время одного из моих предыдущих дел – и как-то неожиданно для самих себя оказались в одной постели. Я взял на себя смелость выступить от его имени.– Это замечательно, Марж. Надо сказать, мои соотечественники-амфибии имеют одну физиологическую особенность. Это был либо один из вас, либо кто-то, хорошо знавший планировку дома и ваш распорядок. Он вылез из своего старого, продавленного кресла возле очага и навис надо мной, сверля грозным взглядом. Ветеран-бойплав был даже выше, чем представлялось поначалу: стоило ему встать, и грузная фигура, казалось, заполнила всё свободное пространство. Я прикинул, куда стану бить, если он не сможет удержать себя в руках. Приемчик подлый, но действенный – такого обычно не ожидают. – Из могучей фигуры, казалось, разом выпустили весь воздух. Эрхенио поплелся назад, рухнул в кресло, жалобно заскрипевшее под его весом, нашарил бутыль, откупорил и приложился к горлышку.– Убирайся отсюда! – и чтобы окончательно склонить их к авантюре, я добавил волшебные слова: – Плачу наличными. Ну ещё бы, вволю побуянить, да плюс к тому получить за это звонкой монетой! Вот так, пусто-пусто, а потом вдруг хоп – и повезёт; отхватишь столько, что не грех и закрыться пораньше! От богатырского пинка дверь распахнулась настежь, и вместе с облаком снежинок в дверном проёме возникли здоровенные силуэты. Один из гигантов приблизился, подхватил его под мышки и одним движением выдернул из-за стойки. Этот дрянной типчик, похоже, был изрядным трусом – как и большинство любителей бить со спины. – поинтересовался Тарки и, подпрыгнув, сбил свисающую с арки сосульку. Семейные ценности, скажем так, не всегда были для них на первом месте. Я решил было, что он проникся ко мне уважением, но дело, как выяснилось, было совсем не в этом. Я хочу понять, кто он такой и откуда; некоторые признаки говорят, что этот Шу явился издалека.– Ну так разбирайтесь; он целиком в вашей власти…– Боюсь, мне попросту не успеть.Вопрос о том, кто из нас кого соблазнил, до сих пор остается камнем преткновения – и нашей любимой шуткой. Этот клан мог соперничать древностью с самыми известными фамилиями королевства, не говоря уж о богатстве. Но прежде, чем мы продолжим, я бы хотел уточнить одно обстоятельство. Как я уже говорил, фрогам не требуется столько тепла, как нам, людям – они куда менее чувствительны к холоду. Где-то после сорока все без исключения обзаводятся солидным брюшком, что, впрочем, ничуть не влияет на их ловкость и подвижность. – Я не марширую вдоль забора с мушкетом, если вы об этом, – мрачно отозвался он. Я прислонился к стеллажу с инструментами.– Давайте рассуждать логически, Эрхенио. Это поубавит ему прыти…– Я не убивал её, ясно тебе?! Я проигнорировал эту реплику.– Давайте с самого начала. Попытайтесь вспомнить, что делали последние сутки; желательно, по минутам. Он изрыгнул оскорбление.– Полиция будет задавать вам этот вопрос до тех пор, покуда вы не заговорите. Всё равно в такую погоду клиентов ждать не приходится. Среди посетителей «Пьяной рыбы» были и такие, кто мог не просто учуять, что ты нынче при деньгах, но и подсчитать с точностью до трито содержимое карманов. Хотя…Крученый вроде бы безразличным, а на самом деле очень внимательным взглядом окинул помещение. Ещё не успев толком рассмотреть незваных гостей, Крученый понял: дело плохо. Здесь, в трущобах, жизнь быстро учит осторожности – а не усвоившие урок отправляются на корм болотной живности. Бармен попятился за стойку, судорожно нашаривая мушкетон – старьё времен Войны Пяти Княжеств, но весьма внушительного вида, дедово наследство…– Не стоит, – произнес голос столь же холодный, как пляшущий снаружи снег. Но бармен словно бы и не заметил этого: всё его внимание было приковано к человеку у дверей. Я резко наклонился к нему.– Но есть ещё один выход, дружок. Просто расскажи мне, что я хочу знать – и мы рассеемся, будто страшный сон. Дошло до того, что капиталы сосредоточились в руках последнего из этой семьи – Гонори Джугинджу. По прошествии некоторого времени он подкатился с просьбой «привести того секретного умника» – имелись в виду, конечно, друзья Тыгуа с их гипнотическим прибором.– Ничего не выйдет, инспектор. И кстати – не забудьте отразить этот факт в протоколе.– Жаль, жаль… – Та штука здорово бы нам пригодилась.– У вас есть преступник и есть доказательства. Вина практически доказана, и прокуратура настаивает на скорейшем завершении дела, – вздохнул он. История наделала много шума, и фроги жаждали справедливости. Преступника приговорили к смертной казни – а в случаях вроде этого тянуть с исполнением приговора у нас не принято. Большую часть, конечно, составляли поклонники и поклонницы безвременно почившего Эрхели Танха: из всех этих убийств смерть кинозвезды наделала, пожалуй, больше всего шума.

обмани букмекера отзывы

КГБ Ян Флеминг. Бриллианты вечны / Ян Флеминг / Переводные.

Особую пикантность ситуации придает тот факт, что она лет на пять меня старше. Последняя модель – к тому же, оснащенная помимо колёс широкими полозьями, специально для зимнего времени. Я совершенно не разбираюсь в геральдике, но герб на дверце был мне знаком: три туго набитых мешка, и на их фоне – скрещенные молоты. Мысленно увеличив обычный почасовой тариф ровно вдвое, я толкнул дверь и вошел. Мне, собственно, всё равно, кто будет платить – вы или господин Эддоро. Десять трито в час, не считая расходов, – тут я краем глаза заметил, как поползли вверх брови Лакси: обычно моя такса была – пять. Внутри было довольно уютно – несмотря на то, что большую часть помещения занимал всевозможный хозяйственный инвентарь. Эрхенио было уже за шестьдесят, его обтянутое драным свитером пузо покоилось на бёдрах, словно бурдюк с вином. Взгляд, которым он одарил меня, трудно было назвать дружелюбным.– Ты кто такой? – Просто присматриваю.– Как, по-вашему, это могло произойти? Если это был чужак, ему потребовалось бы преодолеть забор, незамеченным добраться до усадьбы и проникнуть в дом. Послать их подальше у вас не получится.– Вот им и отвечу, если припрет. Вообще-то я не иммигрант, а местный уроженец: по здешним законам, полноправный гражданин королевства Пацифида, хоть и принадлежу к иному биологическому виду, чем коренные жители. Опасных типов, что порой заглядывали на огонек, не наблюдалось. Неспешно спрятав длинный пистолет за отворот плаща, тот снял шляпу и отряхнул с неё снег. Он узнал вошедшего.– Ну что же, приятель, – сказал я бармену, пододвинул колченогий стул и уселся на него задом наперед, скрестив руки на спинке. В то время как раз случился очередной строительный бум, и Гонори удалось приобрести участок земли в очень выгодном месте, выхватив его буквально из-под носа у клана Эддоро. Кирпичи, бетонные сваи – и это во времена, когда самым распространенным строительным материалом числились камышовая солома и дерево. Нам с вами вообще не полагалось бы знать об этом; станете болтать – мы оба окажемся по уши в дерьме. Невозмутимые механики возились на эшафоте, заканчивая наладку казнильной машины.Я тихонько подошел к ней, обнял за плечи и прошептал на ушко:– Почему бы нам не вернуться под одеяло, любимая? Из подобных мелочей зачастую складывается репутация. Он устремился навстречу, не успел я дойти до стойки – низенький, средних лет фрог в тёмном пальто и кепи. Что поделаешь, надо выполнять данные самому себе обещания. Могучие ручищи, каждая – едва ли не с мою ногу толщиной, широченные плечи… – буркнул он.– Эдуар Монтескрипт, частный детектив. Он что-то проворчал себе под нос – не слишком лестное. Вдобавок, очутившись внутри, он должен был знать, куда идти. Но просвещать на этот счет хамоватого сторожа я счел излишним. Задав ещё несколько вопросов и не получив ответа, я ретировался. Однажды он даже засадил меня в каталажку – правда, всего лишь на сутки; но это был грязный трюк. Так, парочка забияк, да и те уже влили в себя столько дешевого пойла, что на подвиги их вряд ли потянет. – К тебе в гости пожаловал сам господин Доброжелательность с друзьями. Клянусь, мне уже начинало нравиться изображать плохого парня! Порошковый цемент тоже был дорог, его доставляли по реке в большущих бочках из специальным образом обработанной древесины – она не гнила и не пропускала влагу. Мы явились ночью и вырезали всех, дом за домом, без единого выстрела. Мы не нашли там ни оружия, ни других свидетельств присутствия партизан.– Князья преисподней! Я помолчал, собираясь с мыслями.– Ты допил бутылку. Эту штуковину изобрел полторы сотни лет назад один из королевских советников.У меня на этот счет большие планы…– Увы, мой друг, – тихонько пропела она. Не самая важная птица: дворецкий или водитель.– Господин Монтескрипт? Это «я» несколько меня озадачило.– Так кто из вас меня нанимает, вы или ваш хозяин? Марж отмахнулся, словно от назойливого насекомого.– О деньгах не беспокойтесь…Ну да, конечно. Я всем сказал…А увести босса от замерзшего бассейна с жутким содержимым никто даже не подумал. Либо господин Эддоро вышколил свой персонал так, что те и помыслить не могут сделать хоть что-то без его дозволения, либо… Хотелось побеседовать с остальными обитателями усадьбы, но выйдя во двор, я заметил приближающуюся к дому делегацию, облаченную в голубовато-серые шинели. Предводитель этой теплой компании при виде меня скривился, будто от кислого.– Ну конечно, кто же ещё… Про себя я поклялся припомнить ему тот случай; впрочем, сейчас было не время и не место для конфронтации. Ну и обычные доходяги – нищая пьянь, неудачники всех мастей да тощая девчонка-проститутка, уже час нянчившая кружку пива… Надо бы при случае повторить этот трюк, глядишь, снова повезёт… Вон того, – я кивнул на Дороха, – зовут Великодушие; а вот этого, с большой колотушкой – Милосердие. Об этой парочке и говорить нечего: оба лыбились во весь рот за спиной нашей «жертвы». Я достал сигарету, прикурил и выдохнул дым в лицо плюгавому. – Конечно, отдашь, – спокойно согласился я, выдержав паузу. Все материалы, естественно, находились на строительной площадке: Гонори тянуть не любил, и строительство велось скорыми темпами. Изящное техническое решение очаровало всех, включая тогдашнего монарха, и машина обрела большую популярность – в те годы это было более чем актуально… Наконец появился «виновник торжества»: закованного в кандалы Шу вела парочка дюжих констеблей, ещё четверо страховали – на случай, если преступнику захочется выкинуть в последний момент какой-нибудь фортель. Кое-где в нашем мире это до сих пор практиковалось: расплавленный свинец, пропускание меж зубчатых колес, казнь через надувание воздухом и прочие варварские способы умерщвления.– Его Величество привержен принципам гуманизма, – прохладно отозвался я. Она ожгла меня сердитым взглядом.– Вам-то легко говорить, господин иммигрант! – Неужели вы думаете, будто в состоянии что-то решать?– Похоже, твоим коварным замыслам не суждено сбыться. Вы должны срочно проехать со мной…Ну конечно, их обычная ошибка. Старый трюк: всё хорошо, покуда дело не дойдёт до оплаты. Я не шелохнулся.– Вы всё ещё не сказали мне, что же, собственно, произошло. Вообще-то, я предпочитаю другие виды транспорта, но своеобычные для теплого времени рикши зимой не работали, а носильщики паланкинов запрашивали за труды несуразно много. – Должно быть, у себя, в сторожке…– Он, вообще, в курсе произошедшего? Либо они не больно-то стремятся облегчить его положение.– Почему никто не увел его в тепло? Дворецкий замялся.– Мы не посмели тревожить…– Думаю, сейчас самое время. Вдвоём нам удалось поднять господина Эддоро (а он был тяжел) и, поддерживая его с двух сторон, отвести в отапливаемую часть дома. Эдуар Монтескрипт, наш знаменитый любитель всюду совать свой нос! Он запросто мог выставить меня из усадьбы, я же намеревался путаться у них под ногами как можно дольше – глядишь, чего и разузнаю.– Ну, и что у нас тут? Я тихонько проскользнул вслед за последним стражем порядка и устроился по возможности незаметно: пропустить этот допрос чертовски не хотелось. Он расположился в гостиной, за большим круглым столом. Охранник отвечал явно нехотя – коротко и мрачно, хотя от откровенного хамства воздерживался. Вы вошли в дом, убили племянницу господина Эддоро, а по пути к себе зашвырнули орудие убийства через крышу, посчитав, что этого будет довольно! Бармен вышел из-за стойки и затушил парочку настенных светильников. Выволакивая на улицу отрубившегося человечишку, он сунул тому руку за пазуху, почти машинально – и моментально вспотел, почуяв тугую, перетянутую резинкой пачку… Хорошая компания, чтобы скоротать долгий зимний вечерок, верно? Ещё бы; наверняка не ждал, что я заявлюсь в гости снова, да не один, а в сопровождении мускулистых ребят… – Бармену удалось, наконец, справиться с собственными голосовыми связками. И вот однажды, во время ливня, кто-то проник на стройку и продырявил все до единой бочки. Дожди у нас летом идут сильнейшие.– Могу представить…– Вода попала внутрь – а последующие жаркие дни довершили остальное. Это был серьёзнейший удар: Гонори не просто вложил все имевшиеся на тот момент деньги в строительство, но и влез ради него в долги, так что закрыть образовавшуюся брешь было нечем. Никогда не понимал алкоголиков…– Пытаюсь забыть.– Забыть что? К счастью, со времени воцарения на престоле Джаги I, нашего теперешнего монарха, данный механизм применяли всего пару раз – всё же новые времена не в пример гуманнее «славного прошлого» королевства. Полицейские из оцепления расступились, пропуская его. Маньяк вовсе не выглядел сломленным или удрученным; напротив – на губах старого негодяя играла лёгкая улыбка, взгляд то и дело мечтательно обращался вверх, к серому зимнему небу, сеявшему на площадь крупные снежинки.– Вы только гляньте на ублюдка! У вас нет ни родственников, ни друзей в зимней спячке! – голос Шу оказался настолько зычным, что легко перекрыл гомон толпы. Кисея с тихим шорохом соскользнула на каменный пол. Именно кристалл послужил прообразом данной конструкции: грани из металлического уголка и стеклянные плоскости.